Саламандра

Убогий алхимик не спал и не ел,
Под плешью шурша мозгами.
Он пламенем странный булыжник нагрел -
Искал философский камень.

Как вдруг в огне,
Откель-то извне
ЧуднА создалась деваха...
Алхимик явленьем смущенный вполне,
Деваху прогнал со страха.

Днем позже монахи, гнусавя псалмы,
Чесались, но шли не мыться.
СтаршОй инквизитор центральной тюрьмы
За грешных позвал молиться.

Навстречу им,
В безбрачии злым,
Девица брела не быстро.
Смекнули монахи - под видом чуднЫм
Вернее всего "нечисто".

СтаршОй инквизитор, в душе гуманист,
Деваху не бил, не мучил.
Он ласково спрашивал: "Ведьма, колись,
Покайся покуда случай".

Был он притом
Большой эконом,
Желая сберечь поленья,
Назначил ей в целях разборок со злом
Замедленное сожженье.

В работе без брака, всегда с "огоньком"
Палач преуспел, конечно.
В мирУ обстоятельным слыв мужиком,
Он девку поджег прилежно.

Когда пред ним
Рассеялся дым,
Осело в умУ не сразу,
Что девка цела и смущает своим
Срамным обнаженьем тазУ.

Ашнадцать сожжений ей справил палач,
Девахи нагревшись пуще.
А та не горит почему-то, хучь плач...
Орут палачу :"Халтурщик!"

Толпа уж час
Топталась крича:
"Дрова не того расклада!"
В конец обозлившись- в костер палача...
Тот честно - сгорел, как надо.

Старшой инквизитор во двор, на ковер
К Величеству для докладу.
Скулил королю, мол, нам девку припер
Рогатый начальник аду.

"Уж мы ее
Пытали огнем,
Клещами, смолой, веревкой!
Испанским обули ногУ  "сапогом" -
Не сладить нам с ней- чертовкой".

Король прищемивши клопа на стене,
И нюхая палец, молвил:
"Ты чо, типа, гонишь "пургу по весне",
Когда главный трюк не сполнил?

Залей, подлец,
Ей в горло свинец,
Расплавленный жаркой печью!"
"Мы лили свинец, но , помилуй ,отец,
Она-ж в нас плюет картечью!"

Поник от конфузии этой король,
В паху придавив кого-то.
Призвал, чтобы девку помножить на ноль,
Рыцаря Лансеглота.

А тот драчун
Сказал :"Да, "мочу"
Драконов колОм по трое.
Но девку такую себе я хочу -
Ну, страсть, как люблю чуднОе."

Тут вызвался дело решить Чародей -
На тухлом болоте жил он,
Где жрал мухоморы, чуть реже людей
И рыбьим спивался жиром.

На казнь с утра
Приперлась толпа,
А с нею король и свита.
Деваха в рогожке стоит у столба
Бесстыжа, чуднА и сЫта.

Ей телу натер Чародей чесноком,
Срамные места - осиной.
Зловонное зелье, лизнул языком,
Причмокнув, назвал бензиной.

Он им дебил
Деваху кропил,
Чуть писаясь от экстаза...
Рехнулся он после, все тупо бубнил:
"Гола, но цела, зараза".

С тех пор по субботам уже пятый год
Дают этой девки казни.
Закончив работу, король и народ
Идут на публичный праздник.

С огнем стриптиз
У девки на "бис"-
Сгорает одна одежка.
СтаршОй инквизитор при кассе "подвис",
Воруя себе немножко.

А старый алхимик все также не спал,
Не ел и скрипел мозгами.
На жабьей кровИ он варил минерал -
Искал философский камень.

И крепким лбом
Он помнил об том,
Когда из огня явилась
Та девка чудная и жаль, что потом
Со страху так все случилось.